Наставление Умай-Энэ. По мотивам алтайских сказок

  • AltayaziA
  • Истории
  • Наставление Умай-Энэ. По мотивам алтайских сказок
Истории

Наставление Умай-Энэ. По мотивам алтайских сказок

Где воедино бурный бег  Сливают семь десятков рек,

В долине – лучшей из долин – Стоит стоствольный тополь-исполин…

Как серебром звенит листва, Как блещет золотом она…

Маадай-Кара. Алтайский героический эпос

 

Жили неподалеку друг от друга два брата Ачин и Якши. Однажды собрались они на охоту и с ними верная собака Учук. Не успели отойти далеко от дома, как попали в сильный туман. Остановились, озираются. Вдруг видят большое дерево на  покатом склоне стоит, да такое огромное, что кроной оно упирается в небо, а корнями расстилаются на всю гору. Очень удивились братья. Сколько живут, а такого дерева не доводилось еще им видеть. Слыхали они от старых людей что есть где-то очень высоко и далеко удивительное дерево — Бай-Терек называется. Но представить даже не могли, что доведется им этот Бай-Терек воочию увидеть, да еще и так близко от дома.

Велели братья своей верной собаке Учук ждать их под кедром, а сами решили подойти к дереву ближе. Подошли, рассматривают, глазам поверить не могут. Вдруг слышат звук похожий на гул весеннего ветра. И тут же по стволу и по веткам могучего Бай-Терека потекли с неба на землю невиданной красоты сокровища. А внизу у самых корней пропали из вида, словно корни их в себя вобрали.  Затих гул и всё исчезло, как будто не было ничего, только листья слега колышутся на Бай-Тереке.

Братья захотели поближе приглядеться куда сокровища с неба делись. Подошли еще ближе. А там среди корней лежит белый как молоко камень. Да какой!  На нем три аила можно поставить и еще место останется. Камень рот открыл и все сокровища попали к нему ему внутрь. А когда закрыл, то даже щели маленькой не осталось.  Камень и камень с виду.  Большой только очень и целиком весь белый как молоко.

 

 

Стоят Ачин и Якши удивляются. И тут видят, что листва на Бай-Тереке вся покрылась золотым сиянием, а по его широкому стволу, как по лестнице, с самой вершины  Великая Богиня  Умай — Энэ сходит. Остолбенели братья, бояться на неё глаза поднять. Великая приблизилась к белому камню, прикоснулась к нему мизинцем, он и сдвинулся. Братьям такой камень даже пошевелить бы не удалось, не то что с места сдвинуть.  А под камнем, оказывается, собраны те сокровища, что стекали по дереву.

Умай — Энэ благосклонно обратилась к братьям: Раз уж вам суждено священный Бай-Терек увидеть, и стоите вы возле моей сокровищницы, то пусть каждый из вас протянет руку и возьмет столько всего, сколько сможет поместиться на раскрытых ладонях. А после возвращайтесь. Нельзя вам здесь долго оставаться.  И помните: ценнее то сокровище, что отдано, а не то, что взято.

Братья не успели глаза поднять, как Мать Умай зашла за ствол Бай-Терека и исчезла. Ачин взял из сокровищницы как велела Умай-Энэ сколько на ладонях поместилось, положил за пазуху и говорит брату: Бери, Якши и пойдем поскорее. А тот ему в ответ: Да ты иди, брат, я тебя сейчас догоню.

 

 

Загорелись глаза у Якши, снял шапку начал в неё сокровища набивать. Мало показалось, сапоги снял, туда горстями засыпает. Спешит, боится, а вдруг кто-то еще увидит какой клад они с братом нашли. И вот уже рукава, карманы все набил, полез за последней горстью.  Но тут камень рот раскрыл, да и прикусил его руку.  Сидит Якши плачет, зовет брата на помощь, а тот уже далеко ушел. Никто не отзывается. День к вечеру клонится, но туман всё не пропадает.

Ачин пока ждал брата, вздремнул немного. Разбудила его верная собака Учук. Решил Ачин, что его брат Якши мимо прошел, встал и пошел домой. Вернулся Ачин, жене отдал сокровище, которое за пазухой принес, рассказал, что произошло. Тут прибегает жена Якши: Где мой муж, вы почему не вместе вернулись? Тогда-то Ачин только понял, что брат у камня остался. Надо возвращаться. Да только как ему найти теперь то место где Бай-Терек растет, если всё туманом заволокло?  Жена Ачина говорит: Ты нашу верную собаку Учук вперед себя пусти, раз она там уже была, значит дорогу найдет. Так и сделал Ачин, пошел вслед за своей верной собакой, та и привела его снова к огромному дереву Бай-Терек.

 

 

Подошел Ачин снова к белому как молоко камню. Увидел своего брата, догадался, что произошло. Что же делать теперь, как Якши освободить? Ачин постоял, подумал, да и начал те сокровища что Якши в шапку да в сапоги набивал, обратно ссыпать. Якши плачет, просит его хоть что-то себе за пазуху спрятать. Ни в какую Ачин не соглашается, знай себе вытряхивает всё из карманов и рукавов обратно. Ничего не осталось, всё Ачин на место вернул, но камень всё равно рот не открывает, не отдает руку Якши, держит её крепко, не вытащить. Что не так, что еще надо сделать, чтобы камень брата отпустил?

Якши жалуется: Проголодался я. Ты пойди обратно и скажи моей жене, пусть она мне поесть принесет. Так и порешили.  Вернулся Ачин домой. Жена Якши его спрашивает: Где мой муж, почему ты его одного опять там оставил? Ачин отвечает: Я всё что мог сделал, но как его освободить не знаю. Пойди к нему сама, возьми в проводники верную собаку Учук, она тебя приведет к дереву Бай-Терек и камню белому как молоко. А там сама всё увидишь и поймешь. И возьми для него еды, проголодался Якши.

 

 

Собрала жена Якши для мужа обед и отправилась в путь.  Привел верный Учук жену Якши к  белому камню.  Увидела жена, что произошло, хотела было начать плакать, причитать, на помощь кого-то звать. Но внезапно села тихо и задумалась: За что же камень так наказал Якши? Почему его брата Ачина камень с сокровищем отпустил, а Якши нет? Неужели Якши ослушался Великую Умай-Энэ?  Стало быть, крепко наказан мой Якши. Но раз я тут, значит я ему и помогу.

Встала жена Якши, подошла к камню, поблагодарила его за урок, который он её мужу преподнес. Потом к дереву подошла, поклонилась ему.  Вытащила вплетенную в косы длинную голубую ленту и повязала на ветку: пусть это будет моя тебе дьялама, великий Бай-Терек! Потом достала чегень который она мужу принесла, налила его в пиалу, взяла веточку арчина, начала бережно брызгать на камень и  на все стороны света. Высыпала из мешочка курут и боорсоки, разложила с почтением, предложила духам отведать. Зажгла веточку арчина и запела песню благодарности с пожеланием всему живому счастья и процветания. Ничего не просила жена Якши, только благодарила и желала всему процветания.

Якши начал сердиться на жену: Что ты делаешь, почему меня не кормишь, зачем чегень разбрызгиваешь, кому сырчик и боорсоки предлагаешь, когда твой муж тут голодный сидит? Кричит Якши, возмущается, до чего глупая жена ему досталась, а она будто не слышит его. Ничего не отвечает ему жена, глаза к небу подняла и знай себе поет и благодарит.

Услышала эту песню Великая Умай-Энэ, спустилась по стволу Бай-Терека, коснулась мизинцем белого как молоко камня и поставила его на прежнее место. Тут камень открыл рот и отпустил руку. А вторая рука у Якши, которая сокровища зажала, никак разжаться не может, свело её. Жена Якши закончила свое благопожелание, обернулась и увидела, что  рука у Якши свободна. А тот всё равно не рад. Сидит жалуется, что теперь другую руку никак разжать не может. Подошла к нему жена, не стала ни в чём упрекать, только помогла подняться. А верная собака Учук которая ждала всё это время у кедра, повела их домой.

 

 

По дороге Якши попросил у жены прощения, что сердился на нее, что не понял, для чего она подношения делала и зачем благодарила за всё.  Рассказал ей, что на самом деле произошло. Как его жадность обуяла, и как потом Умай-Энэ услышала песню благодарности и освободила Якши.  Узнав, что Умай-Энэ появлялась, пока та пела, жена Якши удивилась и обрадовалась. А потом заплакала, что сама не увидела Великую.

Вернувшись домой, рассказали они своей родне что с ними приключилось. Смельчаки решили пойти искать Бай-Терек, но никто его не нашел. Или верная собака Учук туда дорогу забыла.  Через некоторое время рука у Якши все-таки разжалась. И выпало из нее удивительное сокровище. Оно сверкало при свете солнца, мерцало под луной, искрилось вместе со звездами, а порой издавало чудный звук похожий на гул весеннего ветра. При одном только взгляде на это сокровище  наступал на душе мир.  Отдал Якши его своей жене. А та, когда состарилась, отнесла детям и велела передать потом внукам.

И так из поколения в поколение.  Вместе с благодарной памятью о могучем дереве Бай-Терек, белом камне, лежащим в его корнях и наставлении Великой Умай-Энэ. Ведь ценно не то сокровище что взято, а то, что отдано.

 

 

 

В тексте и на превью картины замечательного алтайского художника Николая Чепокова

О художнике  Николае Чепокове (Таракай) можно еще почитать  здесь

Купить календарь с его работами тут

 

Примечание:

Аил (чадыр) — традиционное конусовидное алтайское жилище
Арчин – горный можжевельник, непременный участник всех алтайских обрядов
Бай-Терек – образ мирового древа жизни в алтайском эпосе
Боорсок- мучное лакомство
Дьялама (Jалама) – особая лента, используемая в качестве подношения духам
Сырчик (курут) – твёрдый копченый домашний сыр
Умай-Энэ – богиня мать всего сущего у тюркских народов
Чегень – традиционный кисломолочный напиток

 

Сказочного вам настроения!

Марианна Яцышина

 




Поделитесь впечатлениями Вконтакте



Поделитесь впечатлениями в Facebook



Оставьте свой комментарий